— Но она такая… — Тина несчастно хлопнула ресницами, — мне неудобно в ней стрелять.
— Глупости, — снисходительно ухмыльнулся Тарос, по-своему понявший, о чем волнуется девчонка, — ничего с ней не случится. Надевай, и не спорь.
— Это ты, между прочим, все время споришь, — совершенно другим тоном, строгим и деловым оборвал Костик тираду квартерона, возомнившего, что проверенное средство воздействия на упорных женщин оправдало себя и на этот раз, — а нормально рассуждать не научился.
Переждал, пока оскорбленно пыхнувший Тарос возьмет себя в руки и примет невозмутимый вид, и деловито добавил:
— Давай решим вопрос мирным путем. Если ты мне докажешь, что прав, я сделаю так, как ты скажешь. А если нет — не обижайся, будет по-моему.
— Давай! — Наконец-то в девчонке проснулся голос разума, обрадовался ничего не заподозривший Тарос, — значит так,
— Погоди! — остановил его Костик, заметив краем глаза подходящих к стрельбищу остальных блондинов, — нужно, чтоб все было по-честному.
— Ты меня подозреваешь в нечестности? — напрягся квартерон.
— Пока нет, и надеюсь, у тебя хватит смелости довести эксперимент до конца, — кротко произнес Костик и убедительно потупил глазки, бронебойное средство против самовлюбленных квартеронов.
— В моей смелости ты тоже зря сомневаешься, — с непонятной угрозой многозначительно пробормотал Тарос, и Тине очень не понравился прозвучавший в этих словах скрытый намек, но она не стала заморачиваться, торопясь закончить с задуманным, пока не подошел Васт.
— Значит так! — обернувшись к блондинам, как оказывается дружно наблюдавшим за его спором с Таросом, из вредности процитировал противника Костик, — вы все готовы стать свидетелями эксперимента и судьями?
— Что за экспе. римент? — осторожно поинтересовался один из стрелков, И Костик решил его запомнить, как самого сообразительного и осторожного.
— Все просто! — помог Костику квартерон, — я сейчас объясню Тине, что в этой юбке она может смело стрелять и ходить по двору, и она будет меня всегда слушать.
— Не объяснишь, а докажешь, — кротко опустив ресницы, тихо поправила Тина, — и еще по лестницам лазить.
— Докажу, — Тароса уже вело предвкушение победы, — и по лестницам лазить. Все согласны быть свидетелями?
— Все, — отозвался за друзей тот лучник, что вчера так подначивал Костика, и тихо буркнул друзьям, — во как надо. Одной юбки хватило, чтоб уломать.
Подожди, гад, стиснул зубы парнишка, это только начало. Что ты скажешь в конце?
— Значит так, — встав в позу оратора, начал Тарос проникновенную речь, но Тина его решительно перебила.
— Хватит болтать, Тарос! Переходи к делу, а то зрители подумают, что ты испугался!
— К делу?! — квартерон смешался, изумленно вылупился на строго глядящую на него девчонку и вдруг покраснел, начиная понимать, что под словом "дело" она подразумевает вовсе не то, что ему представилось.
— Ну да! Вот твоя юбка, надевай уже!
— А… — Тарос внезапно смутился еще сильнее, — а ты… не против?
— Вообще-то, — печально вздохнул Костик, и ради прикола поковырял носком ботинка вытертую плиту, — немного против… юбочку жалко, она действительно такая красивенькая… и дорога-аая, наверное. Но чем не пожертвуешь ради истины! Давай, надевай, не тяни время.
Блондины даже дыханье затаили, и глазки у всех стали таакие… мечтательные, Костик специально глянул из-под ресниц и очень пожалел, что поблизости нет больше ни одного нечищеного хутамника.
Похоже, один их не пронял.
— Ну… раз ты сама хочешь… — как-то хрипловато выдохнул Тарос и с юбкой наперевес шагнул к Тине.
— Стоять! — тоном заправского старшины рявкнул Костик, — и куда это, вы направились, господин офицер?
— Но ты же… — неверяще мотнул головой квартерон, — сама!
— Что я сама? — с нехорошей лаской поинтересовался Костик, — мы при свидетелях поспорили, что ты докажешь нам всем, что в этой юбке удобно стрелять, собирать стрелы и лазить по лестнице! И куда же ты в таком случае топаешь? Надевай юбку и начинай собирать стрелы. Потом честно расскажешь, удобно тебе было или нет!
Лучники замерли как замороженные, даже взгляды остекленели.
— Куд-да надевать? — еще сомневался квартерон, а его лихорадочно работающий мозг уже догадался, чего от него ждет эта ненормальная.
— На себя, — холодно подтвердил Костик, — или сразу признаешься, что проиграл?
— Но я не это имел в виду! — возмутился Тарос, проигрывать на виду у всех он как-то не был готов, — я собирался тебе объяснить…
Блондины, пришедшие в себя от шока, одобрительно загомонили.
— А меня твои объяснения не волнуют! Ты делом доказать собирался, вот и доказывай! Языком любой болтун может запросто горы свернуть, вот только не факт, что он это реально сумеет сделать. Да и мне потом в этой хламиде не языком болтать придется, а вживую париться! Ну? Или струсил? — Костик уже внаглую подначивал квартерона, обозлившись на всю компанию разом. Жаль, конечно, но уже ясно, что полумерами их не убедить, — Эй, Тарос! А говорил, что я зря сомневаюсь в твоей смелости!
— Ладно, раз так, — побледневший от гнева Тарос рывком набросил на себя юбку, потянул вниз…
Кружево за что-то зацепилось, квартерон дернул, раздался треск.
— Осторожнее! — трагически охнул Костик, — ты порвешь мой подарок! Давай помогу!
— Не подходи! — сдавленно прошипел из-под груды шелка квартерон.
— Что это вы делаете? — заинтересованный голос Саи прозвучал спасением, как журчанье ручья в пустыне.
— Иди сюда, — приказал Костик моряне, — Помоги Таросу надеть эту юбку, пока он не порвал ее в лоскутики.
— Тарос решил надеть юбку? — ошеломленно охнула Сая.
— Ну да. А что в этом такого? — мрачно уставился на нее Костик, — почему мне можно, а ему нельзя?
Моряна открыла рот, задумалась, закрыла, и принялась помогать Таросу.
Через минуту кружево было распутано почти без потерь, юбка расправлена, завязана, и одернута на талии.
Квартерон оказался всего на пару-тройку сантиметров выше Тины, и юбка доставала до земли.
Красиво, признал честно Костик, если придется ехать во дворец, она вполне может пригодиться. И тут же едко хмыкнул, если, разумеется, переживет сегодняшний эксперимент.
Начать доказательство Тарос решил с самого легкого, как ему казалось. Со сбора стрел. Решительно шагнул, раз, второй, и — застопорился.
Костик ехидно хихикнул, это мерзкое качество длинных юбок при ходьбе собираться между ног, лично он уже научился преодолевать. Не сразу, само собой, пришлось припоминать, как ходят женщины в родном мире, в основном манекенщицы. Костика раньше очень смешила их манера ставить ногу вперед так, чтоб следы шли прямой линией. Лишь помучившись с длинной юбкой и проделав несколько опытов, он уверился, то был единственный способ отодвинуть с дороги подлый подол. Каждый раз успевать подставить коленку, прежде чем юбка начнет застревать и путаться между ног. Попутно Костик решил и загадку семенящей женской походки.
